Другие Разделы

     Назад в главное меню

 

     Группа
     Биография
     Награды и номинации

 

     Видео
     Аудио
     Мультимедиа
     Галерея

 

     Лирика
     Перевод лирики
     Смысл песен
     Аккорды
     Мифические песни

 

     Дискография
     Видеография
     Сканы дисков
     Список всех песен

 

     Статьи
     Концерты
     Официальные письма
     Анекдоты

 

     Форум
     Гостевая
     Исповедь
     Ссылки
     Создатели
     Карта

 

     Log in

Другие Разделы

Интервью с Долорес О’Риордан (1996)


Перевод: Demon
Год издания: 1996

Долорес похожа на обычную 24-летнюю девушку, которая родилась в жилище, которое может показаться несколько ограниченным в пространстве. Физически, она так похожа на фею, что можно представить, что в доме у нее растут грибы вместо диванов. Умственно, у нее есть особенность несовершенной натуры, которая всегда в своем разговоре употребляет большое количество слов “может быть”, “типа того”, заканчивая предложение также не нужными словами. Она курит сигареты одну за одной, на робеет и хихикает, когда начинается обсуждение ее мужа, но в тоже время она может поддержать компанию. К сожалению, в качестве солистки и автора песен Cranberries, продав около 10 миллионов копий No Need To Argue, и своего третьего альбома To The Faithful Departed (продажи которого помогли провести тур, который собрал огромные массы поклонников, и рекламную компанию, которая могла бы позавидовать принцесса Диана), Долорес не сможет позволить себе устраивать дивишники в обозримом будущем. Но есть еще несколько “клюкв”. Хмурый гитарист Ноэл, умеющий хорошо молчать, и являющийся мастером по пожиманию плечами; его младший брат, бас-гитарист Майк не покупает записи группы, поскольку он может позаимствовать их у Ноэла, в то время как Фергал Лоулер, который чем-то похож на только что протрезвевшего Адама Клейтона, покупает столько дисков во время тура, что он постоянно доплачивает сотни Ирландских фунтов за превышенный вес багажа. Последняя пара (невозможно говорить при Ноэле), выглядит довольно приличными мужчинами. Они не нарываются на автографы и т.п., находясь в пабах, т.к никто их не узнает. Журнал Rolling Stones назвал их Dolores O’Riordan & The Cranberries, удачно скрывая их особенный мир. Они пишут о Dolores O’Riordan вещи, которые в сбивают читателя с толку. Они такое всегда в своих еженедельных изданиях, чтобы обрисовать расистскую картину тупого смешного человечка, шагающего по улице, и которым поражались при встрече. Затем, когда Cranberries они поднялись на ноги, без всякой помощи – чтобы мы не забыли, что сама группа никогда не забудет – печатный тон стал другим. Казалось, что Долорес была еще той стервой: высокомерная, обидчивая, эгоистичная, и откровенно, глуповатая.

Не слишком ли быстро вы выросли из бродяги-эльфа в о вздорную стерву из ада?
Я знаю, но я не стерва, и я никогда никому не причиню вреда. Всего несколько женщин в возрасте 24-х лет смогли достигнуть того, чего достигла я. Я достигла всего этого самостоятельно. У меня не было тех, кто бы позаботился обо мне. Я встретила трех незнакомцев, которых совершенно не знала, я покинула дом, переехала жить в город, и это было довольно опасно – полагаться на этих трех людей. Я много работала, чтобы достичь того, чего я достигла в жизни и у меня совершенно нет времени для людей, которые испытывают ко мне неприязнь, из-за того что они завидуют.

Однажды вы ушли, когда кто-то задал вам вопрос, почему вы окрашиваете свои волосы. Это был довольно глупый вопрос, но почему вы просто не посмеялись над ним?
Однажды вы достигаете той точки, когда вас начинает тошнить от всех этих надоедливых людей. Вы разговариваете с журналистами, и вы понимаете, что они не настраиваются на нужную волну, потому что они этого не хотят. Они хотят видеть тебя высокомерной стервой. Но если вы не высокомерная стерва, то журналисты будут продолжать задавать вам глупые вопросы. Это подобно занозе в заднице, особенно если это исходит от женщины, поэтому это.. слушай, дорогой, спасибо за визит. Извини, что потратила твое время, но я должна сделать что-нибудь полезное, например помыть моего кота. Поэтому все, что я могу сказать, это – не мог бы ты рассказать немного о себе? Она прияла странную позу и продолжала странно смотреть на меня. Я подумал – ну и штучка..

Некоторые женщины не выносят других женщин, которые достигли успеха.
Именно так, вы попали в точку. Я действительно пыталась около 15 минут, и потом сказала – “Я ухожу”. Это также вопрос о чувстве собственного достоинства, но она прошлась по моему грязному белью чуть-чуть.

Вам нравиться это в современном мире?
Если кто-нибудь отдает мне негативную энергию, и он мне не нравиться, то я ухожу. Если я чувствую плохой настрой у кого-то, я ухожу.

Как бы вы могли описать себя?
Я упрямая и решительная, и я люблю делать вещи определенным образом. Такова я.

Были ли вы в душе знаменитостью, не являясь таковой на самом деле?
О, да. Когда меня спрашивали, кем я хочу стать, когда вырасту, я всегда отвечала, что хочу стать знаменитой певицей. Когда мне было 12, я выбросила известность из головы, потому что, потом начинаешь задумываться о том, что говоришь, но все же фантазии о звездном будущем не покидали меня. Я любила Элвиса. У нас была его фотография, я всегда считала, что он бог. Он был единственной знаменитостью, которую я любила, когда была ребенком. Мои родители слушали разных исполнителей в стиле кантри – Джима Ривза, Бина Кросби, Френка Синатру. Все то, что ты слушаешь в детстве, оказывает влияние на твой будущий стиль, потому что ты становишься очень открытой. Элвис был королем и я помню, как однажды утром я спускалась по лестнице и моя мама стояла в кухне и плакала, говоря – “Он умер, умер!”. Я спросила – “Кто? Наш пес?”. Она ответила – “Нет, Элвис”. Вся Ирландия была тогда в трауре. Это было нечто. Иногда, когда удается достать старые фильмы с его участием, ты видишь, как он спускается к поклонникам, целует их, вытирает их слезы полотенцем, и дает им выделиться. Он был неподражаем, без шуток.

Ваши родители поддерживали ваше стремление петь?
Мой отец играл на аккордеоне, и у него была собственная группа. Я видела их фотографии, но на момент моего рождения, он уже покинул группу. На него иногда накатывались воспоминания, и он начинал играть так громко, что я говорили – “Пап, прекрати!”. Но, когда начинала играть на пианино, реакция была примерно такая же – “Долорес, прекрати!”. Но когда я еще и петь начинала при этом, то он реагировал несколько по-иному – “Когда же ты заткнешься, черт побери?!”. Моя мама всегда поощряла меня. Она знала, что я люблю музыку, и у меня есть дар – мой голос, который был довольно неплохим. Я могла уделать Пэтси Клайн, когда мне было только 6 лет. Но мама хотела, чтобы я также изучала музыку, поэтому она записала меня на уроки пианино, когда мне было 10 лет. Она хотела, чтобы я закончила обучение, и получила диплом, но я забросила школу и вступила в группу.

Должно быть это был великий момент в жизни матери, когда ее дочь вернувшись домой, говорит, что она уезжает в город, для того, чтобы присоединиться к одной поп-группе, с тремя мужчинами?
Она не удивилась тогда, когда я ей это сказала, но она рада, что у меня все получилось. Она знает, что я буду держаться подальше от всех тех вещей, которых родители так бояться, например, наркотиков. Все наши родители приезжают повидать нас. Для них это так приятно – собраться вместе. А когда мы въезжаем в город на кабриолете, они просто падают с ног.

Вы должно быть были избалованы, когда вам было меньше семи лет?
Нет, не была. Моя мама больше любила мальчиков. У меня, кстати, до сих пор есть отметина на плече. Это была типичная для Ирландии вещь – любить больше мальчиков, чем девочек. Быть дочерью было довольно трудно, а особенно еще со страхом забеременеть. Поэтому моя мать была очень строгой. Я ходила на дискотеки всего два раза в год, да и то под присмотром братьев.

Они постоянно за вами присматривали?
О, да. Однажды танцуя с парнем, и потом прогуливаясь по улице, ты вдруг говоришь – “Где его рука? Кто он? Что он делает? Откуда он? Они, если честно, спасали меня много раз.

Вы решали все с вашими родителями?
После нескольких странных лет, ты вдруг внезапно осознаешь, как твои родители любят тебя, и как ты плохо вела себя по отношению к ним. Они принесли тебя в этот мир, и ты думаешь, как ты мог принять это как очевидное, и быть таким злым по отношению к ним. Бог запретил мне быть матерью.

Почему?
Я люблю детей, но я думаю – зачем открывать перед ними такой опасный и безжалостный мир. Потом я пересмотрела свои взгляды, и решила, что дети приносят много счастья и радости. Но это довольно спорный вопрос, знаете ли – иметь детей или нет.

____________
Когда я впервые послушала, как играют мои друзья, их музыка показалась мне достаточно хорошей, но их солист писал невнятные песни, которые не передавали всю полноту эмоций. Первая композиция, которую принес мне Ноэл, была песня Linger, которую солист должен был исполнить с другим вокалом – мне хотелось услышать его. Он начал наигрывать мелодию, я присоединилась, и так группа играла долго. Я возвратилась домой, и начала писать текст к песне. Лирика не совсем подходила ребятам по стилю, потому что, обычно они играли песни о том как кто-то истекает кровью на ковре, или тонет в фонтане. Когда я начала петь, мне было немного не по себе, я стеснялась, потому что думала, что это все слишком эмоционально, слишком по-девчачьи для них, но все-таки я подумала – “Ну и ладно!” Я начала петь, и нельзя было различить слова, потому что, у нас был плохой усилитель и гитара Ноэла, напротив которых я стояла. У него был хороший канал, а у меня намного хуже. У басс гитариста усилитель издавал пронзительные звуки, а ударник выбивал всю душу из его палочек. Я выходила из угла, я могла петь, клянусь, но никто не мог меня услышать. Я долго пыталась услышать себя, вставая напротив усилителя.

Была ли такая ситуация, когда вы смотрели друг на друга, и думали – “Это то, что надо”?
Когда песня Linger прошлась по Америке, для нас это был оптимистичный момент для всей группы, так сказать, даже если бы дальше ничего бы не произошло. Мы выпустили этот трек в Ирландии, Англии, и Европе, но всегда он был проигнорирован. Мы принесли его в Америку, и там он стал восьмым номером в чартах. Спасибо тебе, Америка.

Что видят в вас люди?
Наша музыка произвела глобальное впечатление. Песня Linger не звучит так, как-будто ее исполняет Ирландский или Британский коллектив – она звучит как обычная песня, и не важно, сколько ей лет – 30 или больше, но она все-равно не имеет ничего общего с роком. Мы не создавали ничего из того, что быстро проскальзывает мимо и забывается, для того это не выглядело сделанным по шаблону. В детстве мне довелось обучиться разным направлениям в музыке, например: традиционному ирландскому стилю, релегиозно-церковному, классическому фортепиано. Я также любила Африканскую музыку, поэтому мы имели представления о всех музыкальных стилях и направлениях. Мы пытались создать нечто, что не воспринималось как традиционная Ирландская музыка, но в тоже время, имела некоторое сходство с определенными стилями музыки.

Вы оставили свой дом в Лимерике, когда вам было 19 лет, не так ли?
Да, но не для того, чтобы жить с тремя парнями. Чтобы жить с мужчиной. В грехе.

И как это восприняли в семействе O’Riordan?
Моя мать не была впечатлена. Это была большая квартира с множеством комнат и одна из этих комнат была моя, другая его. Она знала, но не подлежало обсуждению. По крайней мере, мне потребовалось произвести над собой усилие, чтобы уважать ее.

Вы помните ваш день свадьбы?
Вы знаете, мне жаль что он закончился. Я бы хотела чтобы этот день продолжался вечно. В то время ты такая нервная, что оглядываясь назад, видишь картину и говоришь – “Смотрите!”. Мы планировали обновить наш обет на нашу пятую годовщину. Если ты влюблен в кого-то, то нет ничего лучше, чем объявить об этом снова. Сейчас жениться стало не модно и если ты состоишь в прекрасном браке, ты счастлива. Поэтому многие люди этого не понимают.

Will You Remember звучит, как будто она о сегодняшнем дне.
Вообще-то, это не совсем так. Однажды я отправилась в аэропорт, чтобы встретить своего мужа, и подумала, что он должен был запомнить те маленькие уловки, которые я проделывала с: помадой, волосами, платьями, и т.д. и т.п., вещи, которые мужчины обычно не запоминают. Мужчины обычно не обращают особого внимания, какого цвета помада…

The Cranberries повезло?
MTV и радио колледжа зацепила песня Linger, но это была не наличность или эмблема. Наше видео стоило чертовски мало, почти ничего. Это был конец и песне и удаче. Я полагала, что наша музыка привлечет внимание разных типов людей, даже людей средних лет. Есть и сильные песни, поэтому четырехлетние западают на них.

Почему для записи альбома To The Faithful Departed вы пригласили Стефана Стрита – продюсера обоих предыдущих альбомов Cranberries – чтобы прославиться как Брюс Файрберн или Бон Джови?
Мы хотели поработать с кем-нибудь опытным, и мы знали наши требования к Стефану. Позиция продюсера очень сильно вдохновляет коллектив в студии, который затухает. Этот недостаток нам надо было исправить. Нам не хотелось видеть множество кнопок или слышать переделанные записи, мы хотели, чтобы наша музыка звучала живой и необработанной. Важно иметь продюсера, который не оказывает на тебя давления, заставляет чувствовать себя свободной. Это забавно – мы здесь чтобы посмеяться и издавать неприятные звуки, чем конкретно мы и занимаемся.

Действительно ли результат – это главное?
Я не знаю, если честно.

Это противоположно термину “капризная лирика”..
Я капризная женщина: счастлива всего минуту, расстроена в другую.. Хо-хо..

Вы привираете в ваших песнях?
Нет, я не создаю каких-либо героев, хотя я иногда чуть-чуть преувеличиваю собственные эмоции и слишком остро реагирую на песни. Лирика это отражение собственное отражение, собственный опыт и собственные эмоции.

Альбом начинается с того, что вы оба лежите в постели, но все песни чрезвычайно романтичны.
Я большой романтик. Мне нравиться старомодность этого, простые веши, которые не достаточно отражены, которыми пренебрегают, потому что секс всегда у вас перед глазами. Секс переоценивают. Я люблю томиться в ожидании небольших вещей, которые значат для меня много.

Трудно запомнить, когда у вас был лучший секс, не так ли?
Совершенно верно. Когда вы занимаетесь сексом, вы не думаете, а только получаете удовольствие. Это подобно тому, как объевшись пирогом, ты не помнишь как отрыгнул.

Вы цинично относитесь к музыкальному бизнесу?
Конечно. Все, что они хотят – это деньги. Это очевидно.

Вы довольно проницательная бизнес леди, не так ли?
Когда мы начинали, мы не хотели заниматься бизнесом, но потом мы осознали, что нам придется этим заниматься, и заниматься этим дерьмом. Мы обычно сидели у окна, и смотрели на окружающий мир, не понимая его. Теперь мы находим людей, чтобы упростить некоторые вещи.

Другими словами, вы закончите без гроша в кармане.
Точно. Ты становишься умнее, как только начинаешь стареть.

Вам нравиться чувствовать себя третьей из самых богатых женщин Христианского мира?
Это довольно удобно. Окружающий мир помешан на этом, в то время как ты думаешь об этом, думаешь и думаешь – Прекрасно, давайте построим дом, давайте купим машину, давайте купим кучу одежды. Хорошая идея инвестировать средства вместо того, чтобы приносить их домой. Я никогда, если честно, не видела $1млн. наличными. Мы всегда откладываем их и делаем что-нибудь с ними. Это просто бумага.

Видели ли вы наброски French & Saunders, в которых Сандерс играет вас, как веселого кролика, а Француза играет Sinead O’Connor: “Ты сказал “картошка”, я сказал, у нас нет картошки”?
Нет, но я об этом слышала, и мне бы хотелось посмотреть. На прошлой неделе я просмотрела 10 видеокассет, пытаясь отыскать его. Я люблю, когда людей поднимают на смех, и когда это весело.

В музыке Cranberries по-прежнему нет юмора.
Он не в музыке он в некоторых общих вещах: четверо непохожих на друг друга людей, которые никогда не хотели этого, которые никогда не хотели быть рок звездами, и играть по сценарию, в котором присутствуют кожаные штаны и очки. Мы понимаем это. Много людей говорили, что вы не созданы для этого, но я хотела этого. Я ходила в кожаных штанах и очках на протяжении 10 лет. Теперь это просто смешно!

На что вы надеетесь?
Я бы хотела иметь больше опыта. Мне 35, и я надеюсь на счастливую жизнь с большинством приятных событий. Я надеюсь, что моим детям не придется страдать, что это никогда не случиться.

У вас есть ангел хранитель?
Должен быть, т.к я все еще жива.

Вы его чувствуете?
Да.

Все время?
Иногда, когда приходиться пройти через ад, ты закрываешь глаза, и чувствуешь, как что-то успокаивает тебя.

Как далеко вы можете пойти?
Ты можешь дойти до определенной точки, но есть линия, которую ты не можешь пересечь, потому что, если ты шагнешь вперед, обратной дороги уже не будет. У всех есть их собственная граница, хотя они и не всегда знают о ее существовании.

Каков ваш жизненный принцип?
Надо быть сильным. Если никогда это не забывать, то все станет проще, и не надо будет никогда задумываться, как у вас что-то получилось. The Cranberries – это наша жизнь, больше ничья. Я бы хотела оглянуться назад, и сказать – “Я сделала это, сделала, сделала, и теперь я счастлива. Я добилась всего, чего хотела. Никто или ничто не вставало на пути к этой цели.

Случайные записи



Количество просмотров - 2,431 раз | Версия для печати Версия для печати
Опубликовано 29.01.2010 в категории Статьи | Нет комментариев
Cтатью разместил Dess


Оставьте комментарий